Остров вольных лошадей

Волгодонск: Остров вольных лошадей

На острове Водный на озере Маныч-Гудило в Ростовской области живут дикие лошади. Красивые, крупные, породные. Уже пять с лишним десятилетий они не знают, что такое седло, уздечка и прикосновение человеческих рук.

Первые свидетельства о необычном табуне появились в пятидесятые годы прошлого века. Как лошади очутились на острове Водный? На этот счет есть разные версии. По одной на заболоченный участок тогда еще полуострова чабаны пригоняли на летнее пастбище отары овец, и несколько лошадей, то ли пять то ли одиннадцать, помогали пасти овец. Скорее всего, это были лошади донской породы с конного завода «Орловский», выбракованные или, как тогда говорили, «не имеющие хозяйственного значения».

В 1954 году, когда с соседнего водохранилища «Пролетарский», чтобы немного оживить засушливый климат тех мест, была спущена , образовался остров, который назвали Водным. Сначала лошадей там оставили до весны, а потом про них и вовсе забыли. По другой версии ростовские мустанги ведут свою родословную от косяка, который сбежал из большого табуна чистопородных донских лошадей конезавода, пригнанного сюда для выпаса.

Как эти лошади попали на остров – уже, скорее всего, не узнать, да это и неважно. Важно другое: в России появилась популяция диких лошадей. Сегодня в мире обнаружено лишь несколько крупных табунов одичавших лошадей: самые известные из них находятся на острове Сейбл в Канаде и на островах Ассатиг и Чинкотиг (штат Виргиния, США).

Волгодонск: лошадь, остров, свобода

Мустанги с озера Маныч-Гудило впервые привлекли внимание ученых в середине 80-х годов. Оказалось, что для науки они представляют большой интерес с точки зрения генетики. «Более полувека эта группа живет в замкнутом цикле, без прилива свежей крови, и при этом не имеет никаких внешних признаков вырождения, – говорит кандидат биологических наук, сотрудник ВНИИ коневодства Марина Адамковская. – Это крупные и здоровые лошади с правильным строением, без пороков. Как такое может быть, еще предстоит выяснить».

Когда донскими мустангами заинтересовались специалисты, их численность доходила до восьмидесяти голов. Однако из-за активного отстрела браконьерами к 90-м годам животных осталось чуть больше двадцати. Ситуация кардинально изменилась, когда в 1995 году на территории западных водно-болотных угодий озера и Пролетарского водохранилища был основан природный заповедник «Ростовский». Одной из целей его создания кроме охраны степной растительности и гнездовий водоплавающих птиц стало наблюдение за донскими мустангами, как их теперь называют.

Вольная жизнь в заповеднике лошадям пришлась по душе – сегодня их число уже более 300. Но в связи с этим возникли новые проблемы. Вода озера Маныч-Гудило очень соленая и непригодна для питья. Пока популяция была небольшой, животным худо-бедно хватало пресной воды: на острове есть лиман, а после закрытия здесь хозяйственной деятельности остался и искусственный водосборник дождевой воды. С резким ростом поголовья стал вопрос о дополнительных источниках воды. Руководство заповедника нашло выход: на остров с материка протянули водопровод.

Каждое утро можно наблюдать, как косяки диких лошадей медленным шагом движутся из глубины острова к водопою. Там они терпеливо ждут, пока работники заповедника наполнят поилки водой, а затем жадно припадают к живительному источнику. Зрелище это удивительное – только на водопое можно проследить отношения между дикими лошадьми внутри их сообщества. Они весьма отличаются от отношений в табунах их прирученных сородичей.

Несомненные лидеры у мустангов – косячные жеребцы, сильные, с мощным крупом, покрытые боевыми шрамами. Их отличает и особый взгляд – внимательный, цепкий и недобрый. Основная задача главного жеребца – охранять свой косяк, состоящий из небольшой группы кобыл с жеребятами, и следить за тем, чтобы не нарушалась субординация. В своих косяках они не терпят других жеребцов, и даже собственных детей-жеребчиков отец изгоняет из группы в годовалом возрасте. На острове, где самый крупный хищник – лиса, реальную опасность для вожака представляют лишь другие жеребцы, которые время от времени предпринимают попытки отбить себе в косяк новых кобылиц. Поэтому драки между жеребцами далеко не редкость.

На второй ступени иерархии – кобылы с жеребятами: чем больше жеребят, тем выше положение матери в косяке. За ними идут ожидающие потомство. Ниже рангом – молодые кобылицы, которым рано пока рожать. Дальше стоят подсосные жеребята: они еще слишком малы, чтобы отстаивать свои права, но зато их вполне могут защитить матери. И наконец, парии своеобразного лошадиного сообщества – те самые неполовозрелые жеребчики, изгнанные родителем из косяка. Сбиваясь в небольшие группки, они стараются держаться неподалеку от своих бывших косяков, чтобы в случае чего те их защитили, но особо приближаться не осмеливаются. Лишь достигнув четырех-шести лет и окрепнув физически, молодые жеребцы создают свои косяки.

Порядок на водопое почти армейский: пока лошади одного косяка утоляют жажду, остальные должны терпеливо ждать. Вожак внимательно следит за тем, чтобы чужаки не подобрались к воде вне очереди, моментально пресекая любые подобные попытки. Сам он пьет, когда весь косяк уже отошел от водопоя. Последними к воде робко подходят изгои и старые лошади.

С водопоя лошади идут медленно и тяжело. Процесс поения лошадей затягивается, бывает, на несколько часов, а в целом каждое животное в сутки выпивает около ста литров воды. Иногда животные возвращаются на водопой вечером, тогда работники заповедника вновь включают насос.

Ночуют косяки в глубине Водного, возвращаясь туда по проложенным тропам. Такие протоптанные дорожки разбегаются по всей территории острова. Лошади здесь постоянно находятся в движении, в день они могут пройти 50–100 километров. Не отстают от старших и жеребята, которые рождаются на острове Водном с марта по ноябрь.

Инспекторы заповедника рассказывают, как однажды в табуне появился на свет альбинос, и жеребцы забили его насмерть. Возможно, таким жестоким способом они избавляют табун от так называемого слабого звена. Альбиносы в животном мире часто безжалостно выбраковываются как нежизнеспособные. Они чувствительны к солнечной радиации, у них возникают проблемы со слухом и зрением, они чаще других погибают от инфекций.Основная масса лошадей на острове Водном рыжей масти, встречаются также бурые, караковые, гнедые, вороные лошади, реже попадаются соловые и буланые.

Кроме питьевой воды не хватает и подножного корма. Его и раньше было мало в этой степной, скудной на растительность местности. На острове нет даже деревьев и кустарников – летом лошадям негде укрыться от палящего южного солнца. Особенно трудно животным бывает в зимнее время, когда им приходится буквально выбивать растительность из-под снега копытами. А теперь, когда популяция увеличилась в несколько раз, проблема пропитания стала чуть ли не главной и летом.

Несколько лет назад, чтобы прокормить лошадей, им стали привозить подкормку. Но животные к еде даже не притронулись. Тогда часть табуна решили перевести на материк: переправили по льду озера и поставили в загоны. Но гордые нравом и непокорные мустанги, опять не прикоснувшись к еде, грудью проломили ограждения и в полном составе вернулись на родной остров Водный.

Да и правильно ли такое вмешательство в жизнь этих вольнолюбивых животных с точки зрения науки? Ведь дикие лошади интересны именно потому, что смогли выжить на острове самостоятельно. Приучение их к дополнительному корму, отличному от того, который они получают в природе, вызовет лишь зависимость от человека. Мустангам уже не нужно будет проходить огромные расстояния, чтобы найти достаточное количество подножного корма – нарушится сбалансированная природой схема их жизни. И как любое другое человеческое вторжение в природу, пусть даже из лучших побуждений, это не принесет ничего хорошего.

Однако рост численности лошадей на острове Водном действительно приведет к тому, что естественные пастбища истощатся вовсе. Это, в свою очередь, станет причиной вымирания мустангов. Как же быть? Надо уменьшать популяцию. Один из предложенных вариантов – вывезти часть полуторагодовалых лошадей и распределить их по конным заводам. Уже поступили заявки от коннозаводчиков Тулы и Рязани. Дикие лошади могут стать донорами «свежей крови» для спортивных лошадей. Свои табуны мустангов хотят завести в Оренбургской и Читинской областях. Осталось найти способ отлова и транспортировки.

Но главное – сохранить этих удивительных животных. Ведь мустангов в мире очень мало, и они уже не совсем дикие: участвуют в разных развлекательных шоу, их стали продавать и покупать. А тут, всего в часе езды от Ростова-на Дону, можно любоваться красивыми созданиями в их естественной среде обитания.
Понравился пост? Поделись с друзьями:

2 комментария

avatar
  • nikitka
  • 0
Какие лошади красивые на фотографиях. Надо кстати пойти покататься на них в Красном Яру!
avatar
  • sanchos
  • 0
Красота!

Оставить комментарий